это так нечасто бывает, что видишь человека- маленького и хрупкого, с большущими глазами, и за какие-то двадцать минут общения можно и поплакать, и посмеяться, и тебя на путь истинный наставят, и что-то важное в жизни ты поймешь. и смотришь в эти глаза, добрые, почему-то кажущиеся родными, и хочется остаться в них- хоть на чуть-чуть, но задержаться, чтобы о тебе ну, не помнили, а знали, что ты есть, ты существуешь, ты живешь. и на часы смотришь- Боже, Боже, как мало прошло времени вместе, а осталось еще меньше, и пытаешься за эти минутки впитать еще больше, и за руки хочется надержаться, а неудобно как-то, и надышаться человеком, и насмотреться, и налюбить; а все мало, мало. думаешь- как в таком хрупком может быть столько доброты, и любви к миру, к жизни, ко всем, силы; всеобъемлющей, бесконечной любви и доброты. такой маленький и хрупкий, но Большой и Высокий; и прыгаешь рядышком, но никак не допрыгнешь- он растет и растет, а ты как был, так и остался. только и остается- стоять где-то рядышком, и наблюдать, и любоваться, и любить, и иногда, может, если повезет, все-таки подержать за руки.